Мышь Гликерия и маленькие пупырышки.
Мышь Гликерия всегда ходила босиком. Ей нравилось, как трава щекочет задние лапы. И еще ей нравилось ходить по гладкому асфальту после дождя. И теплая мягкая пыль ей нравилась – лапа утопала в ней по щиколотку. Но особенно Гликерии нравилось, если по дороге попадалась коричневая жидкая грязь. Потому что она приятно чавкала, если в ней топтаться. И иногда даже получалось так, что из под пальцев всплывал и густо лопался замечательный пузырь. И лапы, аккуратно обмазанные грязью, Гликерии нравились. Гликерия всегда представляла, что на ней фильдеперсовые чулочки шоколадного цвета. Что такое «фильдеперсовые», Гликерия не знала. Она прочитала это слово в старом журнале, и оно ей запомнилось.
Однажды в среду Гликерия собралась в гости к старой знакомой. Старая знакомая так долго жила на свете, что полагала неприличным бегать по гостям самой, как какая-нибудь молоденькая зверушка. Поэтому все приходили к ней в гости и приносили подарки. А хозяйка угощала пришедших смородиновым чаем с маковым рулетом.
Гликерия надела свое самое любимое платье – ну, то самое, с сиреневыми цветочками на подоле и полосатыми рукавами, - и отправилась в гости. Она шла босиком и рассеянно думала о том, что ее маленькие лапки с аккуратными пальчиками очень мило выглядывают из-под сиреневых оборок.
В подарок старой знакомой на этот раз она несла моток белых ниток. Старая знакомая очень любила вязать салфетки и связала их уже целую тысячу. Поэтому новый моток ниток был всегда кстати.
Дорогу Гликерия знала наизусть и могла идти с закрытыми глазами. Сначала немного шелковых клеверных листочков, потом направо по сыпучему горячему песку минуты три, потом по краешку тропинки под соснами, по сухим сосновым иголкам. Если ставить лапу аккуратно – никогда не уколешься.
- Здравствуй, Гликерия, - сказала старая знакомая и протянула лапу за подарком. Гликерия положила в протянутую лапу белый клубок и сделала книксен.
- Обувь можешь не снимать, проходи прямо в туфлях, - продолжала старая знакомая, и добавила назидательно: - Ведь предлагать гостям тапочки – дурной тон.
Старая знакомая знала о хороших манерах все.
Гликерия услышала предложение не снимать обувь и немножко растерялась.
Она подумала, что в гостях, конечно же, надо стараться выполнять пожелания хозяев. Иначе получится невежливо. И теперь, с одной стороны, она поступает так, как ей велели. То есть не снимает обувь. С другой стороны, - она не может, как ей было предложено, пройти прямо в туфлях. Ведь у Гликерии нет никаких туфель.
Гликерия смущенно затопталась у порога. И даже начала немножко приседать, чтобы скрыть под сиреневой оборкой босые лапки.
Но, надо признать, что босым лапкам в гостях у старой знакомой было приятно. Во-первых, в прихожей был прохладный и гладкий паркет. А когда Гликерия все же шагнула в гостиную, то лапки попали прямо на пушистый мягкий ковер.
- Ах, Гликерия, да ты, никак, босиком! – воскликнула за ее спиной хозяйка.
И все гости повернулись на Гликерию.
- Как это мило! – сказала дама с аккуратно причесанным на прямой пробор хвостом.
- Какая непосредственность! – прищурилась дама с лихо подкрашенными кисточками на острых ушках.
- Очаровательно! - склонила голову дама с напудренными серебряной пудрой усами.
Гликерия почесала правой задней лапкой левую.
И посмотрела на гостей.
Все без исключения дамы были на высоких каблуках.
Дамы, увидев босую Гликерию, очень обрадовались.
Ведь в гостях надо чем-то заниматься? Например, играть в «Кто сегодня не пришел?», или считать серебряные вилки, или придумывать темы для светской беседы.
А теперь все обступили Гликерию и наперебой начали советовать ей, какие именно надо купить туфли. Непременно на высоком каблуке. Потому что ходить босой – неприлично!
Гликерия вздохнула, развернулась и пошла в обувной магазин.
- Если бы эти туфли начали говорить, - размышляла Гликерия, продвигаясь маленькими шажками вдоль полок, - я бы уж, наверное, обращалась к ним только на «Вы». Но полагаю, они вообще не стали бы со мной разговаривать.
Украдкой, в уголке Гликерия примерила пару поскромнее. Ноги выгнулись колесом, колени дрожали. Ходить Гликерия могла, но только цепляясь за мебель и помогая себе хвостом. В глазах стоял туман. В тумане было не видно, где кончаются туфельные носы.
Сняла Гликерия туфли. Дальше пошла. Туман рассеялся.
- О, вот это как раз для меня. Нестерпимая красота!
Нашла Гликерия обувку. Верх мягкий, синий, с заклепочками. Шнурки длинные-предлинные и большими бантиками завязаны. Носок круглый, белый. И подошва белая, ровная, с выбитым узором. Уголки, кружки и маленькие пупырышки.
Пупырышки Гликерию особо очаровали.
Купила Гликерия синие кеды.
Лапе удобно.
Идет Гликерия домой по песчаной тропке. За ней по песку тянутся уголки, кружки и пупырышки.
Оборачивается Гликерия, любуется пупырышками.
А босиком можно и завтра походить.
