"Господииииии, щас сдохну, - думала Метла, болтаясь привязанной к хвосту меланхоличного метросксуала Бегемотика, - и куда я, бедная, попала?! Эта несчастная, - Метла покосилась на Ведьму, - похоже, влюбилась в этого неугомонного... А он-то совсем другую любит! Или он и ее не любит?.. Себя он любит, эт я вижу. Покушать он любит, эт я уверена на все свои сто прутьев! Водки попить - однозначно, любит, эт я сама видела... ик! А что еще он любит? Ну, там, ерунду всякую - с врагами посражаться, войнушку какую завязать, кровопролитие дуэльное учинить, или уж сразу в мировом масштабе, чтоб никому мало не показалось, - так это всем мужи... кхам... кхм... всем мужчинам свойственно. Инфантильный милитаризм в худшем его виде. Но эт ведь еще не все. Не-е, ребята: есть тут какая-то тайна, о которой я ничего не знаю. Но я ее чую! И тайну эту надо разъяснить! Ишь, как он мою дурочку облапил, того и гляди, их уста сольются в нежном поцелуе, тьфу, романтика! Знаю я, чем такая романтика кончается - дети, пеленки, памперсы, молочные смеси, алименты... Ой, надо, надо что-то срочно делать, ой, влюбилась моя дурочка!"
Метла завозилась, задергалась - ей уже давно надоело пыль заметать пыль за Бегемотиком и за всей честнОй компанией. И пить хотелось, а как же?
Бегемотика не покидали навязчивые идеи самого пессимистичного характера.
"Тарзан... то есть, таран, - мрачно думал он, перебирая коротенькими толстыми ножками и уворачиваясь от кустов, то и дело норовивших выскочить из тумана и ткнуть ветками прямо ему в морду. - Сперва таран, потом бифштекс... гиппопотамий, как этот неугомонный обещал. Драпать мне отсюда надо, вот что! Если на ночь не привяжут - сбегу, ей-Богу, сбегу! Хотя, конечно же, привяжут, изверги! Не любят они меня", - и Бегемотик уронил в густую траву огромную слезищу.
Испанец ехал себе и в ус не дул. Он потихоньку начинал склоняться к мысли о том, что Ведьма - очень даже ничего! Молода, привлекательна, импульсивна, что предполагает в ней незаурядные способности к разнообразным проявлениям страсти нежной. Может, ну ее, эту принцессу? Нет, не насовсем "ну" - только временно. Бывают ведь, скажем, хорошенькие маркитантки в обозах... прислужницы в трактирах тоже очень даже ничего себе встречаются... Испанец вспомнил свои прежние победы на любовном фронте, гулко сглотнул и пришпорил Бегемотика. Если эти следящие устройства способны улавливать не только инфракрасные лучи от его бренного тела, но и его грешные мысли - плохо же ему придется, когда спасенная им - в самом скором времени! - принцесса Майя припечатает его по физиономии своей лилейной ручкой...
- Эге, гляньте-ка: трактир! - вдруг воскликнул Дракон Гоша. - Очень кстати. А то я уже... мы уже... - и все его головы одновременно облизнулись с каким-то очень плотоядным выражением морд, крайне не понравившимся Бегемотику.
- Пи-ить... - простонала Метла, дергаясь, как легкий паралитик, на хвосте Бегемотика.
- Заглянем? - осведомился Испанец у Ведьмы.
Та милостиво кивнула, и Испанец, соскочив со спины своего "Лихого Коня", галантно подал даме руку.
- А это не ловушка? - вдруг всполошилась Метла. - У меня паранойя от недопития обостряется!
- Справимся, - отмахнулся от ее предостережения Испанец, все больше подпадавший под незаметные глазу, но весьма коварные матримониальные чары Ведьмы. - Не таких, понимаешь, в пыль размётывали!
Как выяснилось впоследствии, отмахнулся он совершенно зря...
Компания шумно ввалилась в трактир. А попробуйте ввалиться тихо, если каждый одновременно пытался высказаться :
Ведьма - Испанец, а Испанец ……
Бегемотик – предупреждаю , я не тарзан , т.е не таран и нечего меня пихать вперёд.
Дракон Гоша – жрать дадут ?
Метла – про еду ни слова ……. Пиииить
Испанец – всем МОЛЧАТЬ !
Неизвестно , возымели ли действие его слова или открывшаяся картина, но только все замерли разинув рты. Трактир , снаружи имевший непрезентабельный вид, внутри оказался намного больше и , так сказать , многогранней.
Глаза Бегемотика заволокло влагой – он сразу заприметил табличку со стрелкой и надписью «Педикюрный кабинет».
Глаза Испанца заволокло маслом – на небольшой сцене вокруг шеста томно елозила скудно одетая девица.
Глаза Ведьмы полыхнули огнём. Впрочем она тут же увидела недалеко от девицы мускулистого красавца , вытворявшего что-то немыслимое со своей набедренной повязкой. Глаза Ведьмы полыхнули с новой силой.
Опухшие глазки Метлы не могли оторваться от большого стакана , наполненного чистой холодной водой.
А с Гошиными многочисленными глазами творилось что то невообразимое. Прямо перед ним стоял стол , покрытый зелёным сукном. На столе ,в беспорядке , валялись карты и фишки . Дракона плющило и колбасило.