БДСМ

[Letizia]

Сообщение от Aurum

Когда религия искусственным образом разорвала психику (душу) и тело, сексуальное наслаждение оказалось в категории плотских утех, которые были объявлены греховными. Люди от этого заниматься сексом не перестали, но насаждение противоестественных моральных догм привело к повышенному спросу на сексуальные парафилии и перверзии. Природа всегда дает сдачи. Угнетение естественных потребнностей приводит к жестокости в их реализации, искажении эмоциональной сферы, повышению агрессии. Это "запретный плод", основа любого соблазна и, как следствие, потери контроля.


Это происходит потому, что нет диалога, нет никаких признаков, даже самых отдаленных, полового воспитания и культуры интимных взаимоотношений.

Хочется тут добавить - Хорошую религию придумали индусы (с)

[Aurum]

Сообщение от Letizia

Хорошую религию придумали индусы (с)

По моему сложившемуся мнению, хороших религий не бывает.

[ADv]

Сообщение от Aurum

По моему сложившемуся мнению, хороших религий не бывает.

А чем тебе не нравится религия с названием "атеизм"? Впрочем, это уже в другую тему.

[Letizia]

------------

Поэтому католики и жгли "ведьм" от неудволетворенности И мусульмане, в некоторых странах поэтому такие агрессивные в отношении женщин. А ведь всё может быть иначе


Как было в Ливане в 1965...

[Aurum]

Сообщение от ADv

А чем тебе не нравится религия с названием "атеизм"?

Атеизм - не религия.

[Letizia]

Сообщение от Aurum

По моему сложившемуся мнению, хороших религий не бывает.

Ну я именно, относительно секса, т.к. в их религии - это не считалось и не считается грехом, а даже наоборот.

Сообщение от Aurum

Атеизм - не религия.

Если Бога нет, то в кого не верят атеисты??

[ADv]

Сообщение от Aurum

Атеизм - не религия.

Обоснуй.

[Aurum]

Сообщение от Letizia

в их религии - это не считалось и не считается грехом, а даже наоборот

Я мало что знаю об индуизме (если ты его имеешь в виду), но я знаю, что девушка выходит замуж девственницей и сжигается в погребальном костре мужа.

[Letizia]

Сообщение от Aurum

Я мало что знаю об индуизме (если ты его имеешь в виду), но я знаю, что девушка выходит замуж девственницей и сжигается в погребальном костре мужа.

Кама (чувственное удовольствие) - это одна из пурушархт (цель жизни). А их всего-то четыре

[t_d_]

Сообщение от Letizia

Ну я именно, относительно секса, т.к. в их религии - это не считалось и не считается грехом, а даже наоборот.

Кхм... Мягко говоря - не всегда и не всем...

[Letizia]

Сообщение от t_d_

Кхм... Мягко говоря - не всегда и не всем...

В смысле? В восточных религиях же, наоборот есть некий культ секса. Да, есть разные самадхи и дхьяны. Но это для прсветлённых У обычных людей, по крайней мере, отвращение к сексу как к чему-то грязному не культивировали.

[t_d_]

Сообщение от Letizia

В смысле?

В прямом. Тебя опять к первоисточнику отправлять?

[Letizia]

Сообщение от t_d_

В прямом. Тебя опять к первоисточнику отправлять?

Не ну отправь Ктож против, когда его в хорошее место посылают. Но судя по их книгам, храмам и тому, что я читала...дела совсем не так как в христианстве и исламе обстоят

Неужели Камасутра - это только для отвода глаз?

[Бижу]

Сообщение от t_d_

В прямом. Тебя опять к первоисточнику отправлять?

Заканчивай свои инсинуации, рассказывай давай.

[t_d_]

Сообщение от Letizia

Но судя по их книгам, храмам и тому, что я читала...дела совсем не так как в христианстве и исламе обстоят

Неужели Камасутра - это только для отвода глаз?

Это точно. Иначе. Но далеко не всегда и совсем не для всех. (Кстати, как и с мясом). Если "на пальцах" то так - есть мясное и "камасутриться" могут "каста воинов". Остальным или нельзя, или рылом не вышли...

Вот кратко и не мое:

Признаки варн.
Для каждой варны испокон веков установлены свои правила и психофизические упражнения.

Брамины читают мантры, занимаются изучением Вед, отправлением религиозных обрядов и устанавливают нормы поведения для всех остальных. Он употребляют саттвическую пищу в небольших количествах. Они не думают о хлебе насущном. Сексуальную энергию жрецы сублимируют в духовный рост.

Кшатрии поддерживают власть браминов, распоряжаются жизнями и доходами остальных каст, а также дают им защиту. Они упражняются в воинских искусствах, наращивают мышечный корсет, едят мясо, активно занимаются сексом. Религиозные ритуалы укрепляют власть воинов и царей.

Купцы и землевладельцы беспрекословно подчиняются жрецам и воинам. Они могут употреблять любую пищу, довольно активны в сексе и обладают балансом между физическим и умственным развитием.

Крестьяне существуют в прахе. В прахе рождаются и в прах обращаются. Они тяжело работают, получая за это кусок хлеба. Пища, секс, условия жизни, умственные способности, цели – все это делает четвертую Варну похожей на тягловый скот.

Неприкасаемые выключены из социума. Едят в основном отбросы, корнеплоды или фрукты. Бездельничают, попрошайничают, воруют, насилуют, убивают.

[Надежда]

Не знаю как к этому отношусь, как к АБВГД-ейке..) Какой то.) Вообще то не хотелось бы, ну, а если кому то нравится и помогает? Ну на здоровье))) Лишь бы без ушибов и серьёзных травм.

[Letizia]

Сообщение от t_d_

Это точно. Иначе. Но далеко не всегда и совсем не для всех. (Кстати, как и с мясом). Если "на пальцах" то так - есть мясное и "камасутриться" могут "каста воинов". Остальным или нельзя, или рылом не вышли...

Вот кратко и не мое:

Ну так тут все, кроме первых, сексом занимаются Ну я, в прочем, и не об этом. Я о том, что в католичестве такие темы даже обсуждать грех, все поголовно "непорочно" зачатые В других религиях, даже мысли о сексе греховны, а тут - обычное дело.

[Светлана]

Сообщение от Letizia

А почему некоторым женщинам в роли жертвы хочется быть, ну во-первых, какие-то инстинкты, во-вторых есть потребность в сильном самце.

Да просто молодость вспомнили. Историческую. Времена матриархата.

Не очень люблю Википедию, там много ерунды, но нашла небольшую статейку.

Вот что по этому поводу «говорит» Википедия:

«БДСМ как психосексуальная субкультура основано на желаниях древних инстинктов, в том числе сексуального. Такие действия большинством людей не понимаются, осуждаются. Элементы БДСМ — игр несут яркую эмоциональную окраску, так как большинство из них являются действиями, запрещенными или сильно ограниченными в современном обществе. Да и сами эти воздействия действуют на организм в основном угнетающе, если нет в этом потребности, или это делается не по желанию, без контроля. Объяснить феномен БДСМ можно с разных точек зрения. Например, тем, что человек может хотеть так называемых «острых ощущений», адреналина, недостающих ему в безопасном обществе. Сама реакция на эти раздражители, подавление, в некоторых случаях может быть положительной. Например, при разных воздействиях можно почувствовать психосексуальную разрядку, возбуждение, удовлетворение. Эти «нестандартные» реакции организма возникли с давних времен, где было много опасностей и к ним надо было как-то приспосабливаться. От боли, некоторые люди (мазохисты) могут получать удовольствие, это связано с такой компенсаторной реакцией их организма на болевые раздражители. К тому же известно, что центры боли и удовольствия находятся рядом друг с другом, и в экстренных случаях возможна секреция эндорфинов, которые, кроме того, блокируют боль.

Психологические мотивы подчинения (не обязательно связанного с физической болью) обусловлены возможностью избавиться от страха потерять супруга или постоянного партнёра. Сильные чувства к любимому человеку могут вызывать страхи, что их разделяет заметное число людей, способных стать более успешными соперниками — в силу физического или социального превосходства. Существуют поговорки, способные эти страхи усилить («Красивая жена — чужая жена»). БДСМ — практика избавляет «нижнего» от необходимости «соответствовать» и заодно даёт возможность предложить партнёру «эксклюзив» — право и возможность доминирующего поведения. Тем самым «верхний» избавляется от необходимости тратить силы и внимание на построение отношений («нижний» многое стерпит), радуется возможности власти над человеческим существом. Но в то же время осознаёт, что такие отношения с другими невозможны или сильно затруднены, а также несут опасность разглашения — а значит, репутационных потерь. Такой союз может быть долговременным и прочным — при условии, разумеется, некоторой предрасположенности «нижнего» к унижениям и подчинению.



А вот какое мнение у психиатров и психологов. Под спойлер убрала, материал обширный.

Нажмите для просмотра целиком

И. А. Фурманов, доктор психологических наук, профессор, профессор кафедры психологии БГУ
Т. О. Кулинкович, ведущий методист Национальной библиотеки Беларуси



Феномены садизма и мазохизма были впервые описаны в психиатрии как сексуальные извращения в конце XIX века. Через 120 лет после возникновения терминов «садизм» и «мазохизм» их употребление до сих пор зачастую носит негативный характер. При этом наблюдается неоправданное расширение области значения данных понятий, что проявляется в употреблении их в обыденной речи людей вне психиатрического контекста. В психологической, психиатрической и сексологической практике садизм и мазохизм до сих пор нередко описываются как виды нарушения сексуального влечения, или парафилии. В то же время, наблюдается изменение взглядов общества на данные феномены и широкое распространение их среди психически нормальных людей, что приводит к необходимости переоценки существующих научных представлений. Ввиду этого, современными психиатрами активно обсуждается вопрос об исключении садизма и мазохизма из списка сексуальных девиаций. В статье рассматривается эволюция сексологических и психиатрических представлений о феноменах садизма и мазохизма, а также обсуждаются тенденции в изменении научной и общественной оценки данных практик.

Употребленные впервые в качестве психиатрических терминов, понятия садизм и мазохизм, наряду с использованием в клинической практике получили широкое распространение во многих сферах научного знания. В свою очередь, параллельно с процессами расширения области применения данных понятий, происходит переоценка их значения и переосмысление отношения к ним, как со стороны клиницистов, так и со стороны широкой общественности. Последнее замечание является наиболее актуальным в свете разворачивающейся в психологическом и психиатрическом сообществах полемики об исключении диагноза «садомазохизм» из диагностических руководств. Как в научном, так и в общественном сознании до сих пор существуют представления о садомазохизме как о психическом или, по крайней мере, нравственном недуге. В то же время, согласно мнению многих ученых, отношение к садомазохизму как к психическому или сексуальному расстройству устарело, и психологам пора признать взгляды общества на этот феномен, изменившиеся в сторону понимания и принятия. Таким образом, представляется интересным проследить эволюцию научных представлений о феноменах садизма и мазохизма от момента их первого употребления и до наших дней.
Понятия «садизм» и «мазохизм»
Термины «садизм» и «мазохизм» впервые применил немецкий психиатр Р. фон Крафт-Эббинг в 1886 г. Они были образованы от имен писателей маркиза Д. А. Ф. де Сада и Л. фон Захера-Мазоха, подробно описавших феномены в своих произведениях. Согласно Р. Крафт-Эббингу: «Садизм есть ощущение полового удовольствия, доходящее до оргазма при виде и при испытывании наказаний и других жестокостей, совершаемых над человеком или даже над животным; садизмом называется также стремление причинять другим живым существам унижение, страдания, даже боли и раны с целью вызвать ощущение сексуального удовольствия» [1]. В свою очередь, мазохизм – это «направленность полового влечения на представления, имеющие своим содержанием подчинение лицу другого пола, и на то, чтобы испытать его насильственные действия по отношению к себе» [1].

Согласно Р. Крафт-Эббингу, данные формы сексуального взаимодействия являются сексуальными извращениями, так как «извращением – при существующей возможности естественного полового удовлетворения – необходимо считать всякое проявление полового инстинкта, не соответствующее целям природы, то есть размножению» [2]. Тем не менее, принимая во внимание относительно широкую распространенность садизма и мазохизма наряду с прочими аномалиями сексуального поведения, а также родственность садомазохистских проявлений некоторым чертам принятых отношений между полами, Р. Крафт-Эббинг допускал существование различных форм садизма и мазохизма: «Как одно извращение, так и другое могут при благоприятных условиях существовать наравне с нормальной половой жизнью. Как одно, так и другое выражаются актами, носящими либо подготовительный, предшествующий совокуплению характер, либо заменяющий, заступающий место последнего» [1].

В распространенном значении садизмом принято считать «ненормальную страсть к жестокостям, мучительству, наслаждение чужими страданиями» [3], а также «вид полового извращения, при котором для получения удовлетворения необходимо причинить физическую боль партнеру» [4]. Мазохизмом принято считать «получение морального удовлетворения от причинения себе нравственных страданий; самоистязание», а также «вид полового извращения, при котором для получения удовлетворения необходимо ощущение боли» [4]. В данных словарных определениях хорошо отражена тенденция к употреблению терминов «садизм» и «мазохизм» вне контекста сексуального взаимодействия людей, что значительно расширяет область употребления определяемых понятий.

В психологии такое расширение понятиям садизма и мазохизма давал психоанализ. Например, З. Фрейд называл садизмом или «садизмом в собственном смысле слова» такую сексуальность, которая связана с насилием по отношению к другому человеку. Однако в более широком смысле он иногда называл садизмом насилие, не связанное с сексуальным удовлетворением (влечение к овладению, агрессивность, садомазохизм). Такое понимание термина широко распространилось в психоанализе, хотя З. Фрейд подчёркивал его нестрогость и возможную путаницу между садизмом и агрессивностью [5]. Эта тенденция особенно проявляется в работах М. Кляйн и её последователей [6]. В этих работах садизм отождествляется с агрессией и относится к ситуациям, в которых сексуальный элемент либо внешне отсутствует, либо, по меньшей мере, не осознаётся [7].

В отношении мазохизма З. Фрейд считал, что в боли есть некоторое удовольствие, а потому незначительная доля мазохизма присуща каждой психологической структуре. Кроме того, подчеркивалась свойственная женской природе пассивность и зависимость, выражающаяся в мазохистском поведении. Однако, за исключением случаев мазохистских перверсий, либо поиск страдания, либо удовольствие, либо то и другое бессознательны [7]. Такой вид мазохизма З. Фрейд определял понятием «эрогенный». Оно обозначает сексуальную девиацию мазохистской направленности, основным условием которой является связь между сексуальным удовлетворением и болью [7]. Наряду с эрогенным мазохизмом З. Фрейд также выделял «женский» и «моральный» мазохизм [7], не связанные напрямую с сексуальным компонентом.
В продолжение точки зрения Р. фон Крафт-Эббинга и З. Фрейда, современная сексология рассматривает садистские и мазохистские черты, проявляющиеся до определенного предела, как элементы гиперролевого поведения. По мнению сексологов, в нормальном половом акте достаточно четко выступают определенные элементы садизма у мужчин и мазохизма у женщин, в связи с чем гиперролевое поведение обычно воспринимается как естественная мужественность или женственность и особого внимания сексопатологов не привлекает.

В случаях, когда садистские или мазохистские тенденции выходят за пределы нормального поведения, они считаются патологическим гипермаскулинным или гиперфеминным поведением и определяются как расстройства [8].

Таким образом, определяющим фактором отнесения садистских либо мазохистских элементов поведения к психическим расстройствам является переход ими границы «нормального поведения». Известно, что граница «нормальности» в поведении, помыслах и побуждениях человека определяется при использовании большого количества инструментариев. В клиническом применении роль таких инструментариев выполняют диагностические руководства.

Садизм и мазохизм как личностные расстройства

Высказанное в психоанализе мнение о необязательной взаимосвязи садистических проявлений с сексуальным компонентом находит отражение в изучении феномена «садистического расстройства личности», которое было включено впервые в диагностическое руководство DSM-III-R, однако не вошло в окончательный вариант DSM-IV. Диагноз «садистическое расстройство личности» ставится в тех случаях, когда удовольствие, получаемое агрессором от садистических действий над жертвой, не обязательно связано с сексуальным компонентом. Исследования садистического расстройства личности проводятся не только в судебно-психиатрической практике, но и при классификации и уточнении существующих типов нарушений личности. В свою очередь, отдельные черты несексуального мазохизма, то есть, в широком смысле, получения несексуального удовлетворения от страданий, отражаются в DSM-III-R в таких диагнозах, как «садомазохистская личность» и «личностные расстройства с самоповреждением».
Рассмотрение садизма и мазохизма в рамках некоторых форм нарушений личности не является случайным. До недавнего времени парафилии считались лишь сопутствующими синдромами в составе психопатий и некоторых других психических расстройств. В отечественной сексологии существовали, например, такие объяснения природы парафилий: «Все формы сексуальных перверзий не являются болезнями в нозологическом смысле, а лишь синдромами, наблюдающимися при различных душевных заболеваниях» [9]. Высказывалось также мнение о принадлежности парафилий к разряду неврозов.
В то же время, в начальных версиях американского диагностического руководства DSM садизм и мазохизм также не сразу стали рассматриваться как отдельные расстройства. Так, в DSM-I (1952), они среди прочих отклонений сексуального поведения, относились к разделу «социопатическое расстройство личности», в DSM-II (1968) – к разделу «расстройства личности и некоторые другие непсихотические психические расстройства». В DSM-III (1980) впервые был введен термин «парафилии», и с тех пор, в последующих версиях DSM, расстройства сексуального поведения стали рассматриваться отдельно, в разделе «сексуальные расстройства».

В современной отечественной психиатрии также можно встретить отношение к парафилиям как к сопутствующему психопатиям синдрому [10]. Однако всё большее количество авторов обращает внимание на самостоятельность и независимость данных девиаций в ряду прочих психических расстройств. В частности, Б. В. Шостакович, А. А. Ткаченко считают, что «аномальное сексуальное поведение является самостоятельным видом патологии. Существование собственных закономерностей формирования и развития – одна из отличительных особенностей перверсий» [11].

Оценка садизма и мазохизма в диагностических руководствах

Важным этапом в развитии научных взглядов на природу сексуального садизма и мазохизма стало упразднение в научной литературе и диагностических руководствах таких терминов, как «извращение» и «болезнь» в отношении этих феноменов. Для обозначения необычных форм сексуального поведения стал использоваться термин «сексуальная девиация», употребленный впервые в работах психоаналитиков. Однако присущая термину негативная окраска и подчеркиваемая сексологами неопределенность [12] явились причиной дальнейших поисков подходящего определения. Заменой стал термин «сексуальная вариация», обозначающий, согласно В. П. де Сильва, «сексуальные желания и действия, выходящие за рамки того, что принято считать нормальным» [13].

В диагностическом руководстве МКБ-10 заменой слова «болезнь» стало «расстройство», а в DSM-IV – «парафилия». Все эти изменения были приняты с целью избежать определения сексуальных девиаций как психиатрических или сексологических расстройств, при этом подчеркивалось существование «клинически распознаваемого набора симптомов или поведенческих признаков, которые в большинстве случаев связаны с дистрессом или нарушением функций и всегда проявляются на индивидуальном уровне и часто – на групповом или социальном (но не только на последних)» [14].

На сегодняшний день, несмотря на встречающиеся до сих пор в научной и учебной литературе случаи, употребления терминов «перверсия» и «извращение» в отношении нетрадиционных форм сексуального поведения, термин «парафилия», дословно обозначающий «подобие любви», считается наиболее точным и нейтральным. Он употребляется для обозначения повторяющихся, интенсивных, сексуально окрашенных фантазий, сексуальных побуждений или действий, обычно включающих:

неживые объекты;
страдания или унижения субъекта или его партнера;
детей или несогласных на такие действия партнеров;

возникающих на протяжении, по меньшей мере, 6 месяцев [14].

Одной из попыток проведения разграничения между различными формами выраженности сексуальных девиаций стало введение в DSM-IIIR критериев тяжести для парафилий. Так, выделялась легкая степень, при которой личность испытывает выраженный дистресс от периодических парафильных побуждений, однако никогда не реализует их; средняя – личность изредка реализует парафильные побуждения; тяжелая – личность реализует парафильные побуждения с периодическим постоянством [2].
В версии DSM-IV не выделяется степень тяжести парафилий, но предлагаются два основных критерия диагностики для различных видов парафилий (садомазохизма, педофилии, эксгибиционизма и других).
Первым критерием является существование на протяжении не менее 6 месяцев периодически повторяющихся, интенсивных, сексуально возбуждающих фантазий, сексуальных побуждений или поведения.

Согласно второму критерию, для определения парафилий фантазии, сексуальные побуждения или поведение должны вызывать клинически значимый дистресс либо нарушение в социальной, профессиональной или других важных областях функционирования [2].

В последующей редакции диагностического руководства, DSM-IV-TR, при формулировке определения диагноза «садизм» учитывались случаи садистических проявлений по взаимному согласию партнеров. Поэтому окончательная версия определения предлагает считать садистом человека, который действует в соответствии с садистическими побуждениями по отношению к несогласному на такие действия лицу, либо данные побуждения, сексуальные фантазии или действия вызывают у личности значимый дистресс или сложности в межличностном общении.

В принятой международной классификации болезней МКБ-10 [1] выделяются сходные диагностические критерии:

- индивидууму свойственны периодически возникающие интенсивные сексуальные влечения и фантазии, включающие необычные предметы или поступки (критерий G1);
- индивидуум или поступает в соответствии с этими влечениями, или испытывает значительный дистресс из-за них (критерий G2).

При этом, обязательным условием диагностики парафилий является проявление описанных в критериях G1 и G2 симптомов на протяжении не менее 6 месяцев.

Таким образом, наиболее существенным признаком для диагностики парафилий является существование выраженного дистресса для индивида, подверженного периодически возникающим интенсивным сексуальным влечениям и фантазиям, включающим необычные предметы или поступки. В то же время, если в DSM-IV подчеркивается необходимость наличия дистресса или нарушений функционирования в одной из важных для индивида областей жизнедеятельности, то в МКБ-10 для диагностики парафилии достаточно одного из альтернативных вариантов – действия в соответствии с побуждениями, или, в случае бездействия, наличия значимого дистресса.

Как следует из приведенных критериев, в диагностические рамки парафилий руководства МКБ-10 попадает значительно большее количество случаев, чем при использовании критериев DSM-IV. Ими являются индивиды, не испытывающие дистресс от своих необычных сексуальных побуждений, но действующие в соответствии с ними. В то же время, согласно критериям DSM-IV и МКБ-10, парафилиями не считаются «мысленные» или «символические» формы садизма и мазохизма, не вызывающие у индивида значительного дистресса и не находящие отражения в поведении.
В сексологии для обозначения таких вариантов отклонения сексуальных предпочтений приняты термины «парафилические тенденции» – то есть, деформирующие либидо установки, проявляющиеся в мечтах и фантазиях, но по тем или иным причинам не реализуемые, а также «парафилические элементы» – то есть, легкие девиации полового влечения, свойственные нормальной сексуальности, играющие роль дополнительных, второстепенных аксессуаров и не являющиеся патологией [8].
В свою очередь, M. Hirschfeld [15] выделяет

- «малый садизм», присущий нормальной сексуальной жизни, в который входят: ментальный садизм (проявляющийся в воображении), визуальный садизм (проявляющийся в пассивном наблюдении) и символический садизм (проявляющийся в психологическом подавлении и унижении других);
- «генуинный садизм», проявляющийся в непосредственном причинении боли другому человеку с целью получения удовольствия или удовлетворения.

Как можно заметить из описанных выше градаций форм отклоняющегося сексуального поведения, некоторые парафилические тенденции и элементы свойственны и нормальной человеческой сексуальности, что подтверждается не только высказываниями многих исследователей садомазохизма, начиная от Р. Фон Крафт-Эббинга и З. Фрейда, но и исследованиями предпочтений в сексуальном поведении и фантазиях обычных людей.

Распространенность садомазохистских действий в сексуальном поведении людей

Введение в классификации отклонений сексуального поведения таких категорий, как «парафилические тенденции» и «парафилические элементы», а также выделение «мысленных» и «символических» форм садизма и мазохизма, явилось результатом попыток разграничения патологических форм сексуального поведения и его незначительных отклонений в рамках нормальной сексуальности. Такие нововведения, несомненно, размыли существовавшую ранее четкую границу между полюсами нормы и патологии, однако, и им еще не под силу дифференцировать тончайшие колебания в области сексуального поведения человека.

Такая дифференцировка и оценка девиаций полового поведения осложняется тем, что в последние десятилетия, по прошествии так называемой «сексуальной революции», к исследователям садомазохизма поступает все больше информации о его широкой распространенности среди обычных, в остальном психически нормальных людей.

По различным данным, распространенность садомазохизма в западном обществе оценивается в промежутке от 2% до 25% [16], причем, эти случаи представляют, в основном, люди, ни разу не попадавшие на прием к психиатру или сексологу по вопросам «необычного» сексуального поведения [17]. Так, согласно С. С. Янус и другим, 14% мужчин и 11% женщин имеют опыт сексуальных отношений, так или иначе связанных с садомазохистскими практиками [18]. В исследовании, проведенном Л. Эллиот и С. Брантли в среде учащихся американских колледжей, 25-30% респондентов практиковали во время сексуального общения элементы садомазохизма [19].
О широкой распространенности парафильных тенденций в сексуальном поведении студентов колледжей сообщают также Р. А. Ив и Д. Г. Ренслоу, подчеркивая положительную связь между высоким социоэкономическим статусом респондентов и интенсивностью применения ими нетрадиционных сексуальных практик [20].

Распространенность элементов садомазохизма в сексуальной жизни обычных людей подчеркивается также в исследованиях сексуальных фантазий мужчин и женщин. Нередко садомазохистские фантазии выделяются в таких исследованиях в отдельную группу, представленную фантазиями об обмене властью, доминировании/подчинении, причинении/принятии боли и так далее. Важно отметить, что в большинстве исследований садомазохистская группа фантазий называется в числе основных мотивов сексуальных фантазий мужчин и женщин. Так, например, Г. Д. Вилсон выделяет четыре типа сексуальных фантазий, где, помимо «исследовательских» (групповой секс, промискуитет, гомосексуальность), «интимных» (поцелуи, оральный секс, любовь в общественных местах) и «безличных» (подсматривание за другими, фетишизм, использование в качестве сексуальной стимуляции посторонних объектов) назывались «садомазохистские» фантазии, включавшие в себя порку, шлепки, принуждение и так далее [21]. В свою очередь, К. Крепо и М. Кутюр называют в качестве трех ведущих тем мужских сексуальных фантазий демонстрацию сексуальной силы, агрессивность и мазохистские фантазии [22].

Что касается гендерного распределения содержания сексуальных фантазий, то ряд исследований доказывают, что садомазохистские темы присутствуют как в фантазиях мужчин, так и в фантазиях женщин. При этом Е. С. Персон с соавторами отмечают, что, вместе с тем, как большинство сексуальных фантазий мужчин и женщин не соответствовали бытующим в обществе стереотипам об агрессивно-садистской сексуальности мужчин и подчиненно-мазохистской сексуальности женщин, тем не менее, мужчины фантазировали более интенсивно и проявляли в своих фантазиях больший интерес к смене партнеров и действиям в рамках доминирования и садизма [23].

Исследователями подчеркивается, в общем, меньшая интенсивность и вариативность сексуальных фантазий у женщин по сравнению с мужчинами [21] [23]. В то же время, как показали данные Д. С. Страссберг и Л. К. Локер, интенсивность сексуальных фантазий у женщин, а также преобладание в них тем сексуального насилия связаны с более богатым сексуальным опытом испытуемых, меньшим чувством вины по отношению к своему сексуальному поведению, что, по мнению исследователей, указывает на более открытое, свободное и раскрепощенное отношение к собственной сексуальности [24].

Садизм и мазохизм: половые извращения или своеобразие сексуальных предпочтений?

Как показал обзор эволюции психиатрических и сексологических взглядов на феномены садизма и мазохизма, начатое в психоанализе разделение форм садизма и мазохизма на «эрогенные» («сексуальные») и «моральные» нашло свое отражение в психиатрии. Это привело к отделению в диагностических руководствах сексуального садизма и мазохизма от их несексуальных проявлений, попадающих в разряд личностных расстройств. Проведенное в психологии разделение, найдя свое подкрепление в психиатрии, отразилось в широком распространении употребления понятий для описания различных жизненных ситуаций вне психоаналитического контекста при сохранении самих терминов неизмененными.

Единственным, что на данный момент отличает употребление понятия «эрогенный» садизм или мазохизм от понятия «моральный», является добавление определения «сексуальный», которое зачастую опускается, как в научной, так и в обыденной терминологии. Следствием такого унифицированного применения терминов является возникающее в последние десятилетия смещение понятий и, как следствие, серьезные противоречия между «защитниками и «противниками» распространения садизма и мазохизма в обществе. В то время как первые под садизмом подразумевают сексуальные игры между любящими партнерами, вторые употребляют термин садизм в отношении преступников, совершающих преступления на сексуальной почве. Более того, нередко встречаются случаи, когда авторами, без должных научных оснований, «легкие» формы садомазохизма рассматриваются как начальные стадии садизма, приводящего к человекоубийству, что выливается в «крестовые походы» против любых проявлений нетрадиционных форм сексуальных отношений.

Учитывая относительно высокую степень распространенности садомазохизма, а также редкость случаев, при которых соблюдаются диагностические критерии, принятые для парафилий, в Американской психиатрической ассоциации в последнее время ведутся горячие споры об исключении диагнозов садизм и мазохизм из диагностического руководства DSM. По мнению некоторых ученых, отнесение садомазохизма к разряду психических расстройств является таким же пережитком прошлого, как стигматизация гомосексуалистов или запрет мастурбации [25] [26].

Можно отметить, что при аргументации в пользу исключения диагнозов садизм и мазохизм из диагностических руководств, речь идет о тех случаях, когда они проявляются при взаимном согласии партнеров и не приводят к опасности для жизни или причинению серьезного вреда здоровью одного из них. Вместе с тем, авторами совершенно не учитываются случаи, когда садизм, то есть, сексуальное удовольствие от причинения другому страданий или боли, приводит к совершению сексуальных преступлений, в том числе, убийств на сексуальной почве. Таким образом, наблюдается ситуация, прямо противоположная описанной нами ранее – садизм и мазохизм, в различных формах проявления, предлагается вообще не считать психическими отклонениями.

Возможно, для прояснения данных противоречий и в целях избежания крайностей при определении диагнозов садизма и мазохизма, следует руководствоваться разработанными и принятыми в клинических кругах критериями сексуальной нормы. Так, для признания нормальными партнерских сексуальных отношений, по мнению Гамбургского сексологического института, необходимо соблюдение следующих критериев:

различие полов;
зрелость партнеров;
взаимное согласие;
стремление к достижению обоюдного согласия;
отсутствие ущерба здоровью;
отсутствие ущерба другим людям [27].

В связи с этим было даже введено понятие об индивидуальной норме, согласно которому нормальными должны считаться такие виды сексуального поведения, которые:

- по непреднамеренным причинам не исключают и не ограничивают возможность осуществления генитально-генитальных сношений, которые могли бы привести к оплодотворению;
- не характеризуются стойкой тенденцией к избеганию половых сношений [27].

Несомненно, патологические формы проявления садомазохизма, влекущие за собой причинение серьезного вреда здоровью или опасность для жизни самого индивида или его окружающих, согласно этим критериям, не могут считаться нормой сексуальных отношений. Сам факт введения более столетия назад в научный язык таких категорий, как садизм и мазохизм, уже явился значительным шагом на пути изучения данных феноменов и возможной дифференцировки их от прочих форм проявления агрессии. Если из диагностических руководств, среди прочих, будут исключены и такие формы проявления садистского и мазохистского влечения, это может серьезно затормозить как процесс научного изучения данных расстройств, так и внедрение мер по их профилактике и лечению.

В то же время, в научной литературе все чаще появляются сообщения о набирающих в обществе силу тенденциях поиска новых практик и способов сексуального взаимодействия между партнерами, в числе которых называются садомазохистские отношения по взаимному согласию. В случаях, когда сексуальное общение психически здоровых людей содержит в себе элементы садомазохизма, признание таких отношений отклоняющимися от нормы может, напротив, привести к усложнению налаживания близкого интимного общения между партнерами и, как следствие, привести к расстройству таких отношений. Так, еще К. Имелинский отмечал: «Окончательная оценка садомазохистских наклонностей в плане создания межличностных связей в настоящее время достаточно затруднительна. Многое свидетельствует о том, что в случае благоприятного партнерского подбора садомазохизм может иметь больше положительных черт, чем отрицательных для развития партнерской пары и для формирования глубоких межличностных связей, несмотря на то, что эта связь носит другой характер, чем определенная в рамках нашей культуры как человеческая любовь (любовь к ближнему, братская любовь)» [27].

Определяемые общественным мнением и нередко формулируемые под его воздействием, психодиагностические руководства, в свою очередь, оказывают влияние на общественные взгляды в отношении многих психических феноменов. Таким образом, от того, как в психодиагностических руководствах будут определяться феномены садизма и мазохизма, будет зависеть отношение к ним как со стороны клиницистов, так и со стороны общества. Неудивительно, что вынесение окончательного психиатрического вердикта в отношении всего богатства форм проявления садомазохизма в человеческой природе вызывает так много дискуссий в научных кругах. В данных условиях наиболее желательной со стороны исследователей и терапевтов является позиция индивидуализированного и дифференцированного подхода к случаям проявлений садомазохизма.

Литература

Крафт-Эббинг Р. Половая психопатия, с обращением особого внимания на извращения полового чувства. — М.: Республика, 1996. — 591с.
Аномальное сексуальное поведение / Под ред. А. А.Ткаченко. — М.: 1997. — 650с.
Словарь иностранных слов / Под ред. Ф. И. Петрова. — М.: Советская энциклопедия, 1964. — 784с.
Большой толковый словарь русского языка / Гл. ред. С. А. Кузнецов. — СПб.: “Норинт”, 2000. — 1536 с.
Лапланш Ж., Понталис Ж.-Б. Словарь по психоанализу. — М.: Высш. шк., 1996. — 505 с.
Психоанализ в развитии: сб. переводов / сост. А. П. Поршенко, И. Ю. Романов. — Екатеринбург: Деловая книга, 1998. — 213 с.
Психоаналитические термины и понятия. Словарь / Под ред. Барнесса Э. Мура и Бернарда Д. Файна / Перев. с англ. А. М. Боковикова, И. Б. Гриншпуна, А. Фильца. — М.: “Класс”, 2000. — 637 с.
Сексопатология: Справочник / Под ред. Г. С. Васильченко. — М.: Медицина, 1990. — 576 с.
Посвянский П. Б. Введение в современное учение о сексуальных перверзиях // Проблемы современной сексологии: сб. тр. — М., 1972. — 508 с.
Кирпиченко А. А., Кирпичеко Ан. А. Психиатрия: учеб. — Мн.: Выш. шк., 2001. — 606 с.
Петина Т. В. Судебно-психиатрическое значение парафилий // Русский медицинский сервер [Электронный ресурс]. — 2003. — Режим доступа: http://www.rusmedserv.com/psychsex/parafil.shtml. — Дата доступа: 11.04.2003.
Володин В. С. Основы медицинской сексологии (курс лекций): учеб. пособие. — М.: Логос, 2003. — 240 с.
De Silva W. P. Sexual variations // BMJ. — 1999. — Vol. 318. — P. 654–656.
Mak K. Y. The interesting phenomenon of sexual deviations and perversions // The Hong Kong Practitioner. — 2003. — Vol. 25. — P. 491–502.
Hirschfeld M. Sexual anomalies and Perversions. Physical development and treatment: a textbook for students, psychologists, criminologists. — London, 2001. — 562 p.
Breslow N., Evans L., Langley J. On the prevalence and roles of females in the sadomasochistic subculture: Report of an empirical study / N. Breslow, // Archives of Sexual Behavior. — 1985. — Vol.14, № 4. — P. 303–317.
Goleman D. New view of fantasy: Much is found perverse // New York Times. — 1991. — May, 7. — P. 48.
Janus S. S., Janus C. L. The Janus report on sexual behavior. — New York: John Wiley. — 1993. — 243 p.
Elliott L., Brantley C. Sex on campus. — New York: Random House. — 1997. — 220 p.
Eve R. A., Renslow D. G. An Exploratory Analysis of Private Sexual Behaviors among College Students: Some Implications for a Theory of Class Differences in Sexual Behavior // Social Behavior and Personality. — 1980. — Vol. 8, № 1.— P. 97–105.
Wilson G. D., Lang R. J. Sex differences in sexual fantasy patterns / G. D. Wilson // Personality and Individual Differences. — 1981. — Vol. 2, № 4. — P. 343–346.
Crepault C., Couture M. Men's Erotic Fantasies // Archives of Sexual Behavior. — 1980. — Vol. 9, № 6. — P. 565–581.
Person E. S. Gender differences in sexual behaviors and fantasies in a college population / E. S. Person (et al.) // Journal of Sex and Marital Therapy. — 1989. — Vol. 15, № 3. — P. 187–198.
Strassberg D. S., Locker L. K. Force in Women's Sexual Fantasies // Archives of Sexual Behavior. — 1998. — Vol. 27, № 4. — P. 403–414.
Moser C., Kleinplatz P. J. DSM-IV-TR and the Paraphilias: An Argument for Removal // American Psychiatric Association annual conference. — San Francisco, California, 2003 [Electronic resource]. — Mode of access: http://www.narth.com/docs/symposium.html. — Date of access: 25. 05. 2003.
Suppe F. Classifying Sexual Disorders: The Diagnostic and Statistical Manual of the American Psychiatrical Association // Journal of Homosexuality. — 1984. — Vol. 9, № 4. — P. 9–28.
Имелинский К. Сексология и сексопатология. — М.: Медицина, 1986. — 424 с

[Бижу]

Сообщение от Светлана

К тому же известно, что центры боли и удовольствия находятся рядом друг с другом

Что-то мне так не казалось, когда у меня зуб болел или панариций дёргал.

[Светлана]

Сообщение от Бижу

Что-то мне так не казалось, когда у меня зуб болел или панариций дёргал.

Возможно, это зависит от индивидуальной чувствительности. А с другой стороны, зуб твой болел без взаимного согласия с твоей стороны, так ведь? И к парафилии зуб вряд ли имеет отношение...